Здравствуйте, дорогие любители ужасов!
Наш сегодняшний вечер афигительных историй открывает Чапаев и крипота, и мы даже не знаем - это псевдоним или краткое описание произошедшего.


Мой старинный приятель Родик, ну, то есть Родион Викторович, потому что этому козлу бритому уже под полтос, переехал в Нерезиновск, ну, знаете, как все. За баблом. Медик по образованию. Он замутил там какую-то сеть аптек с дебильным названием, от которого у образованного человека мороз по коже. Все шло нормально. Но потом грянул кризис 2008-го, банки потребовали вернуть кредиты, Родик написал мне матерное письмо, о том, что мир тлен, продал свой бизнес и внезапно вступил не в говно, так в партию. В какую-то долбанутую секту «здоровых людей будущего». Или типа того. И с этими сектантами навострил лыжи из Москвы в глухомань. Поднимать сельское хозяйство и жрать органическую морковку под чистыми небесами. Романтика, мать вашу...

читать дальшеИ это Родион, лысое панкообразное чмо, которое было способно сообщить беременной сестре, сияющей от радости, что ей пора худеть, а собственных племяшей называть не иначе как «говорящие сперматозоиды». «Здоровые люди будущего» они такие...

Я написал ему, что он окончательно рехнулся. Но, чтоб не портить отношения, попросил рассказывать, что у него происходит. На самом деле, я тоже свалил бы из душного перенаселенного города в какую-нибудь жопу мира, лучше бы без секты, но если люди не напряжные, то пусть будут.

И Родик стал писать мне отчеты о своих делах. Первые месяца два я получал одни сплошные визги-писки: «Спасаем вымирающую русскую деревню»! «Тут все отлично сохранилось, баня топится, настоящая русская печь! Каша! Посадки! Люди - золото! Приезжай!»

В общем, мой приятель до неузнаваемости переменился. Так что меня, конце концов, от него затошнило, и я забил ему отвечать аж на полгода.

Родик поначалу писал регулярно, а потом видимо тоже остыл. И мы друг о друге благополучно забыли на полгода.

А в начале мая внезапно приходит мне от него смс: «CRO».

Поскольку мой мобильник на смски воет сиреной, а сообщение пришло в третьем часу ночи, я конечно охренел, и тут же набрал Родика.

Ну, думаю, я тебе гаду-алкоголику сейчас много чего в лицо скажу. Но не вышло. Вне зоны действия и все такое.

В общем, я забил и забыл.

Пока не позвонила родикова мама.

Вера Геннадиевна всегда была женщиной суровой и даже высокомерной, а тут расклеилась совсем.

«Эдик», - говорит, - « Ну пожалуйста, я Родю уже три недели не слышу, трубку не берет, и баба эта его мерзкая, тоже не отвечает! Эдичка, милый, разберись, не к кому больше обратиться!»

Ныла она, ныла, и на моем чувстве вины выросла огромная пипецома. В общем, я ей пообещал, что съезжу.

Ага, все бросил...

Но чувство вины, вы же знаете, дело такое... Словом, я в пятницу сел за руль и покатил в эту их «ожившую российскую деревню» за 670 км от Питера.

Всю ночь пилил по мокрой дороге, а под конец, пришлось в каждом селе останавливаться, чтоб не пропустить поворот. На моей карте деревни этой вообще не было. Но местные подсказали. Ну, знаете: «Туда езжай» и руками в разные стороны машут. Развлекуха!

Где-то часам к двум дня нашел я этот поворот. Нашел только по тому, что дорогу явно недавно расчищали, и колея была довольно мелкая и свежая.

Ладно, думаю, Родя-Уродя, я тебе табло-то начищу до блеска, если не дай боже, что с подвеской станет. Мой тачке три года, я ее вылизываю, ношусь с ней как краб на галерах, и если что - убью нах.

И такое меня зло взяло, просто сил нет! До сих пор бешусь, как вспомню!

В общем, с матерками я полез вглубь леса.

Места действительно были роскошные, тут мой дружбан не соврал. Лес светлый, чистенький, без буреломов, дорога, хоть и раздолбанная, но кое-где разумно укрепленная камнями, а воздух... Хоть ложкой ешь!

Деревня тоже выглядела отлично. Два или три дома уже покосились и готовились на слом, но остальные пять, хоть и облезлые, однако для жизни вполне пригодные. Все круто, конечно.

Но тишина.

Орал я орал, как идиот: ни одна жопа не вылезла навстречу. Я почти сразу понял, что тут пусто.

В общем, развел нас всех Родион Викторович со своими людьми будущего.

Но для порядку, надо было все проверить, и я поперся по домам.

Везде была пылища и запустение, что навело меня на очень нехорошие мысли об отрывании яиц Родиону батьковичу за мое турне по колдобинам родины, потому что он явно всех нас держал за лохов. Ладно меня, мне все равно, а мать собственную за что?

Я набрал Веру Геннадиевну и рассказал ей все как есть.

Она заохала и давай рыдать:

«Эдя! С Родиком плохо! Не мог он мне врать! Я же и документы видела! Они там в тверской что-то купили, какую-то землю! Это его баба мерзкая тоже примазалась! Он и меня звал, но я не могу, у меня онкология...»

Я дакал старательно, а сам шоркался по пыльным богатствам ушедших времен. Грустно конечно, жил тут кто-то, плодился, любил эти дома, а теперь... Дыры в полу и ветер в подвале.

И тут смотрю, в печке зола. Недавняя. Не то чтобы я разбираюсь, но отличить старое от нового могу. Потер в пальцах – точно топили. Попрощался с мамашей родькиной и стал посерьезнее изучать местность.

В двух из пяти целых домов обнаружились следы пребывания людей, но настолько невнятные, что я бы сказал – съехали отсюда месяца три назад.

Из найденного: обертка от прокладки олвейс, расческа типа вшегонялка и потрепанная книжка Пелевин «Чапаев и пустота».

Ничего особенного, а провозился я до вечера. Вы ж понимаете, я не идиот, чтоб в заброшенной деревне ночевать, поэтому собрался побыстрому, Пелевина прихватил, люблю, сознаюсь. Короче, пока совсем не стемнело, я оттуда свалил и поехал до московской трассы. Пилить ночь обратно до Питера мне не улыбалось, так что я решил поспать в каком–нибудь хотеле –мотеле, каких на Е-95 развелось до хрена.

К полуночи я забурился в номер по цене пяти звезд в Турции, помылся, залег и решил почитать на сон грядущий книжечку. Поскольку я ее наизусть знаю. Открыл где-то посередине.

Мне даже сейчас как-то не по себе, хотя вроде бы фигня...

Так вот на каждой странице, синей шариковой ручкой было написано «CRO». Буквы большие, печатные, кое - где с таким нажимом писали, что бумага порвалась. Сколько листал везде это «CRO». Дурка!

Книжку я сохранил. Не знаю зачем. А вот Родиона и его здоровых людей будущего так и не нашли, хотя я знаю, что не только Вера Геннадиевна в ментовку писала. Их там человек двадцать было, этих переселенцев. Но, ни одного не нашли. Хотя, как то разговаривал с бывшей женой Родика, Настей, она вроде бы видела его где-то в Купчино, но подходить не стала. Ее мнение: все фигня и Родька скорее всего от долгов прячется.

«Долбо*б» - был ее вердикт.

Не знаю. Я перечитывал тут нашу переписку. Не мог Родион так сочинять. Он конечно творческая личность, но с фантазией у него всегда однообразно было: все тлен, говно и пора вводить в стране массовые расстрелы. И зола в печи... И Пелевин этот...

Что за фигня это «CRO»? Не знаю, но как-то не спокойно.


Автор -  Berkley